О Векторе
Обучение

Магазин
Фотогалерея
Видеогалерея

Творчество
Архив новостей






Программы обучения

Техника

Команда

Места полетов

Клуб

Путешествия

Прайслист

Расписание полётов








Контакты
Тел:
098-11-22-33
e-mail:
abuse@vector-pg.ru



Подписка
на новости





Оперился, либо записки недавнего чайника...

Юрий Писарев

Память выхватывает обрывки прошедшего, не чрезвычайно давнего, но кажущегося уже дальним —наверняка, поэтому, что за это время чрезвычайно почти все поменялось, и поменялся я сам.

Я научился летать... Хотя нет, летать по истине могут лишь птицы, я просто научился с неким фуррором находиться некое время в воздухе на некий большой либо не чрезвычайно высоте и при всем этом передвигаться на некое расстояние, а птицы стали относиться к моим полетам как-то наиболее уважительно. Не так давно, когда я в спирали набирал высоту, ко мне подлетел беркут, встал в поток напротив меня, сделал два витка, пристально меня разглядывая, и полетел далее по своим птичьим делам. И чертовски любопытно было бы выяснить, что он поразмыслил о большой птице, несущей человека.

1-ый взлет, неподалеку от “пирамиды” на Новорижском шоссе. Поначалу - спокойствие и ожидание чего-то необыкновенного. Пока пристегивается подвеска, и слушаю инструктаж, растет волнение, и природный ужас перед высотой начинает отговаривать: “что ты делаешь, одумайся, а вдруг...” Но отрешаться поздно, и опосля недлинной пробежки - взлет. 1-ые 10-15 метров растет желание приземлиться, возвратиться, но вдруг приходит понимание того, что все идет своим чередом, конструкция из ткани, веревок и ленточек все таки чрезвычайно живуча - и остается лишь желание подняться выше, вслушаться в шелест ветра в стропах и рассматривать окрестности. Но полет недолог, и, к огорчению, пора приземляться.

Уже стоя на ногах, когда прекращаешь концентрироваться, вмиг окунаешься с головой в прилив некий необъяснимой радости, хотя это слово не может точно передать всю палитру эмоций, которая накрывает с головой.

1-ый самостоятельный старт. Под команды инструктора взлетаю: по прямой, курсом строго на лебедку лететь не выходит и крыло гуляет над головой во все стороны, опосля отцепки охото улететь куда-то далековато, но глас инструктора останавливает. Опять пробую верно делать команды: разворот, полет по прямой, еще разворот и высадка. Глас инструктора в рации: “Поздравляю с первым самостоятельным вылетом!”

Позже практически каждый день с нетерпением ждешь окончания работы, чтоб скорее уехать в поле и успеть сделать несколько полетов. Через некое время эта ненасытность пройдет, и, приехав на поле, другой раз даже не буду доставать рюкзак с парапланом из машинки, глядя на курсанта, у которого слезы в очах оттого, что ему закрыли полеты из-за нехороший погоды. Становясь чуток опытнее, я для себя определил, что полет должен приносить наслаждение и ежели что-то не складывается (либо напротив складывается), то лучше переждать на земле. Недаром есть поговорка, что лучше посиживать на земле, мечтая быть в небе, чем быть в небе, мечтая оказаться на земле. Российский язык, естественно, богат, но быть может, конкретно из-за этого тяжело что-то найти одним словом, в британском — проще, то, что дают полеты - это “fun”.

Равномерно приходит чувство крыла. Из существа, которое норовит сделать все по-своему, оно преобразуется в друга. Основное - отыскать с ним общий язык. Предостережение в винговере, чуток заметной волной пробегающее по консоли: хватит - далее наклон будет небезопасным. Шорох консоли дает подсказку, где находить поток, в особенности когда высоты практически не осталось, а так охото улететь чуток далее. Примеров много.

1-ая поездка в горы, в Болгарию. Самым необычным оказалось, что полет может длиться не пять-семь минут, а намного подольше. Что параплан может подымать ввысь и парить в потоке. Оказалось, что и потоки бывают различными. Динамик, стоящий над “ложкой”, ровненький и размеренный. Пузыри термиков, в каких болтает и трясет. Высадка в склон по ветру оказалась штукой, естественно, противной, но полностью терпимой, ежели все сделать верно и впору. А 1-ое приземление по ветру на поле было чрезвычайно нерадостным. По ощущениям было похоже на спрыгивание с идущего на полном ходу поезда. Хотя, наверняка, основное, что показала эта поездка — чтоб отлично стартовать в горах, нужно много работать с крылом на земле. Вроде прописная истина, но реально это понимаешь, завалив купол несколько раз и стартовав лишь с третьей пробы, а не прочитав умную книгу. Много позднее на вопросец 1-го из курсантов, для чего я полтора часа “дергал и держал” крыло над полем, я поначалу хотел податься в подробные разъяснения, но позже ответил просто: “тренировка”. Надеюсь, что этого слова хватило, ведь необходимость данной тренировки нужно понять самому, то, что молвят остальные, понимаешь, к огорчению, не сходу. Наверное он поразмыслил: “странноватый некий — за это время можно было и слетать как раз”. А я считаю, что мне еще трениться и трениться, пока крыло будет вести себя потому что нужно мне, а не так, как охото ему. Хотя другой раз уже могу не расстилать купол на земле вручную, а одним движением поднять его, отдать расправиться и ровненькой дугой опустить на стартовой полосы. В таковой момент кажется, что параплан живой и ты его просто будишь, а он, просыпаясь, потягивается, расправляет плечи, вдыхает свежайшего воздуха.

Позже был выезд в Турцию. SIV, парение в потоках, 1-ый маршрутный полет. Перед поездкой — бравадное настроение. “да я, да из спирали, да в косую петлю”. В первом же вылете вся бравада куда-то испарилась. И желание что-то делать со расслабленно летящим крылом куда-то пропало. Но оказалось все не так страшно, как по вечерам на предполетной подготовке расписывал инструктор:

- Срыв потока, полный срыв. Вас будет раскачивать, вышвыривать из подвески, ну и все остальные радости (через “г”) жизни.

Днем последующего дня вылетаю над бухтой и получаю команду к началу работы. Перед срывом “Вайб” упирается, вроде бы давая крайнюю возможность одуматься, но под напором все таки задняя кромка подламывается, и, поначалу сохраняя форму, а позже причудливо извиваясь, полощется над головой. При всем этом ничего ужасного не происходит, просто ощутимо возросла скорость понижения, и в подвеске тряхнуло несколько раз.

Больше всего чувств принесла глубочайшая спираль. 1-ый раз специально входил плавненько, с обычного гладкого разворота, равномерно задавливая клеванту. Растет наклон и скорость вращения, стропы поначалу начинают гудеть, позже звук становится тоньше, пронзительнее. В некий момент понимаю - еще немножко и будет перебор, не выдержу растущей перегрузки, и равномерно ослабляю руку. Докрутив полный оборот и подбросив меня на “горке”, “Вайб” ворачивается к нормальному полету. Чувства - выше среднего, опосля таковых упражнений на всех “южноамериканских горках” можно садиться в 1-ый вагончик, закуривать, а опосля остановки, стряхнув пепел, спросить: “и это — всё?”

Отработав SIV, я сообразил, что все вращения, спирали с SAT-ами и геликоптерами пока не для меня. Получил уверенность в куполе, в том, что с ним при определенных действиях навряд ли произойдёт что-то ужасное, а на последний вариант есть запаска. Я каждый день пробовал улететь на какой-либо маршрут либо маршрутик.

“Равнина бабочек” с красивейшим водопадом, отрезанная от остального мира трехсот метровым обрывом, в которую можно попасть лишь с моря либо по воздуху.

Равнина Кайяак, окруженная со всех сторон горами. Тут вышел 1-ый суровый маршрут, хотя естественно, это громко сказано. Приблизительно пятнадцать-семнадцать км с 2-мя промежными наборами высоты, которые дозволили не “ссыпаться” сходу опосля осмотра заброшенного городка, а улететь на далекий край равнины и получить малюсенькое приключение по дороге обратно в Олюдениз. Приземлившись на каком-то поле, я собрался и потопал по проселку поближе к цивилизации. Приблизительно через километр прогулки под палящим турецким солнышком меня опередил трактор. На англо-немецко-турецко-русском языке мы с трактористом узнали, что нам по пути, я загрузил рюкзак с парапланом в передний ковш, сам уселся на крыле, и путешествие продолжилось.

Притормаживая практически у каждого дома, со всеми здороваясь, мы проехали около километра, пока не тормознули около 1-го из домов. Опосля приветствий владелец пригласил нас пить чай (кстати, реальный турецкий чай совершенно не похож на травку, которая когда-то продавалась в Москве, либо может, турки знают некий особенный метод заварки). Отпивая крепкий вкусный чай, мы пробовали говорить, оказалось, что в турецком и российском языках чрезвычайно много однокоренных слов. И ежели поначалу, принимая меня за англичанина либо американца, хозяева вели себя довольно-таки сдержанно, то когда узнали, что я из Рф, общение продолжилось наиболее радушно. Сразу я краем глаза следил, как пожилая турчанка вручную, узелок за узелком, плетет ковер. Через какое-то время мое малюсенькое путешествие продолжилось, снова с остановками, приветствиями, поначалу на тракторе, позже на машине. Общение с турком, который меня подвозил, происходило чрезвычайно увлекательным образом. Он, не зная иностранных языков, разъяснял мне что-то на турецком, а я, тоже не напрягаясь, говорил с ним на российском. Так я возвратился назад в Олудениз. Кстати - и в Болгарии и, в индивидуальности, в Турции я сообразил, нужно с собой иметь разговорник — снимет множество заморочек, и еще необходимо брать с собой маленькие сувениры.

В Подмосковье тем временем тоже пришла летная погода, и полеты отправь летние, парящие. А означает, будут и новейшие наборы, и новейшие маршруты. И удастся перелистнуть еще страничку-другую в книжке неба.




Просто 22 факта
Мы работаем для того, чтобы вы летали лучше, чем мечтали… /

подробнее...

Ближайшие полеты

Вторник, 2 Октября и, возможно, Среда, 3 Октября, Кончинка

подробнее...

Наши спонсоры:

Много свежих фото

подробнее...


Copyright ©2002 Vector