О Векторе
Обучение

Магазин
Фотогалерея
Видеогалерея

Творчество
Архив новостей






Программы обучения

Техника

Команда

Места полетов

Клуб

Путешествия

Прайслист

Расписание полётов








Контакты
Тел:
098-11-22-33
e-mail:
abuse@vector-pg.ru



Подписка
на новости





Гамбит

PDF-версия для печати

Настроение у старпома совсем испортилось к вечеру. Он стоял около открытого рундука и с тоской смотрел вовнутрь. Поредевшие запасы и остатки вакуумной упаковки казались тут, в его каюте, неописуемым кощунством. Старший ассистент обожал шоколад – и страшно этого смущался. Сейчас он лицезрел, что до последующей стоянки обречён питаться впроголодь. У старпома не лишь пропал дар речи, но даже мысли куда-то улетучились.

В конце концов он пинком задвинул опустошённый рундук под койку и принялся ходить по каюте, считая про себя - он постоянно делал так, чтоб успокоиться. Сейчас пришлось добраться до третьей сотки, до того как к нему в конце концов возвратилась способность нормально мыслить.

В довершение всего ему приснился ужас. Старший ассистент бежал по каким-то тёмным закоулкам, чувствуя спиной мягенькие, но тяжёлые прыжки настигающего чудовища. Почему-либо старпому казалось, что он передвигается на четвереньках, но умопомрачительно быстро. Он не останавливался, понимая, что времени остаётся всё меньше и меньше, и еле справлялся с страхом, бившимся снутри. Ответвление лабиринта, в которое он метнулся, оказалось запутанным тупиком. Оцепенев, он смотрел на глухую стенку, преградившую путь, не решался обернуться.

Пробудился за час до собственного обыденного времени, чувствуя, что заснуть уже не удастся. От мысли, что придётся завтракать за одним столом с Шумейко, ему стало неуютно.

Сначала старпому казалось, что этот офицер ни в чем же не виноват, и он уговаривал себя держаться спокойнее. Чак по праву гордился непредвзятым отношением к экипажу, но на данный момент его базовая объективность, кажется, отдала трещину.

Старшему ассистенту Шумейко не нравился. Развязный и неряшливый капитан-лейтенант не вписывался в команду. Формальных обстоятельств для претензий не было – отделение гидравликов работало как следует, хотя старпом отлично знал, что это никак не награда Шумейко. Просто Свайве, выходя на пенсию, сдал собственному последователю отделение в состоянии отлаженного механизма. Основной старшина формально выполнял роль командира боевой части, а Шумейко отбывал при нём номер не очень это скрывал. Опосля перевода на «Независимый» он и пальцем о палец не стукнул.

Старпом находился в двойственном положении: с одной стороны, он не имел права придираться к офицеру, к которому пока нет приреканий, с иной – поздно будет придираться, когда эти прирекания покажутся. В том, что они покажутся, старпом не колебался – даже отлично отлаженный механизм нужно время от времени регулировать и смазывать, а Шумейко своими подчинёнными практически не занимался. Старпому была известна эта порода людей. Они проводят годы в ожидании вознаграждения за поступки, которые могли бы совершить - но ничего не совершают из опаски, что вознаграждение обойдёт их стороной. В конце концов всё сводится к ожиданию должностей и наград за выслугу, а не за награды. Старшему ассистенту было неприятно, что на «Независимом» поселился таковой тип.

К капитану со своими соображениями он не пошёл – у капитана собственных хлопот хватает, экипаж – боль в голове старпома. Но решил посоветоваться с Шефнером, корабельным юристом. Резюме было неутешительным – в данной ситуации единственным поводом для списания с борта мог быть лишь рапорт Шумейко о переводе. Но Шумейко ни о чём таком не помышлял: всё, что ему было необходимо - это протянуть на «Независимом» положенный срок до присвоения последующего звания, а позже получить под командование какой-либо корабль. Он не высовывался, держался в рамках устава, тем лишая старпома способности повлиять на ситуацию административными методами. Управляться субъективным мнением в работе с экипажем и тем паче опускаться до интриг старший ассистент считал немыслимым.

Днем пришла депеша с грифом Адмиралтейства. Сначала он обрадовался, решив, что кто-то выше услышал его мольбы по поводу капитан-лейтенанта.

Всё оказалось еще проще. Адмиралтейство извещало старшего ассистента о вакансии на капитанском мостике тяжёлого крейсера «Сольвейг» и давало принять командование. Такие вещи случались чрезвычайно изредка – ранее Адмиралтейство приказывало, и оставалось лишь взять под козырёк. Но с тех пор, как в кресло командующего сел Степанов, кадровая политика флота претерпела конфигурации. С офицерами никак не заигрывали – просто их мировоззрение сейчас тоже принималось в расчёт.

Старпом никуда не собирался уходить с «Независимого». Мысли о этом он оставил ещё несколько лет назад, когда ему, командиру профессионалов управления огнём, предложили перейти старшим ассистентом на «Нахимов». Он считал себя в неком роде обязанным – и кораблю, и капитану, с которым пришлось съесть не один пуд йодированной соли. С капитаном они служили совместно ещё на «Бойком» - тогда молодой старлей, которым был Чак, и мыслить не смел, что когда-нибудь станет старшим ассистентом на флагмане. «Нахимов» тоже был флагманом, но флагманом Первой эскадры – а старпом своим домом считал Вторую.

Естественно, честолюбивые мечты время от времени вылазили из тёмных закутков, и старший ассистент, усмехаясь, их рассматривал. Но в данный момент его еще больше волновал капитан-лейтенант Шумейко – и ещё дурные сны, которые сбивали весь распорядок.

Так что он с лёгким сердечком поблагодарил Адмиралтейство за оказанное доверие и со собственной стороны предложил разглядеть кандидатуру капитана третьего ранга Рихтера, который давным-давно перерос вверенный ему сторожевик. Копию, как и положено, выслал капитану.

На последующий день, опосля обычно бессонной ночи, старший ассистент сделал непростительный поступок – он опоздал на обед. Распорядком на корабле он по праву гордился – будь хоть метеоритный дождик, а обед подавался по расписанию. А сейчас сам позорно опоздал. Присел быстро в каюте, проглядывая на экране графики, не увидел, как уронил голову на руки и захрапел. Пробудился, как от толчка, и сообразил, что уже четыре минутки обеденного времени прошли в кают-компании без него.

По коридорам он старался не бежать. Из лифта на верхней палубе вышел, независимо вздёрнув подбородок - даже безвозвратно потерянная репутация не есть повод для утраты лица. Но нет худа без добра – шагнув за комингс кают-компании, он услышал голоса офицеров, которые традиционно посиживали с ним рядом, и для чего-то задержался около шкафа с кухонной утварью, стоявшим вплотную к переборке.

-…Тревогу не объявляли – означает, всё в порядке. На данный момент придёт. Не достаточно ли где задержался.

- «Старпом» и «задержался» - понятия несопоставимые.

- Да хорошо тебе, - произнёс глас, в владельце которого старший ассистент вызнал Володина. – Ну, утомился Чак. Он всю недельку прогуливается, как привидение. Может, просто аппетита нет.

- Ясное дело – нет. – Отозвался 2-ой навигатор Вонг. – Не каждый день от назначения отрешаются.

- От какого назначения? – Старпом скривился, услышав глас Шумейко. Понимая, что совершает тупость, он осторожно выглянул из-за переборки. Кают-компания, естественно, была полна. Пустовало два места – его, старпома, и первого навигатора, который на данный момент стоял вахту в центральном посту.

- Как от какого? Ему же увеличение предложили, а он отказался. – Вонг подвинул к себе салат.

- Шутишь? – Шумейко даже привстал со стула.

- Нет. – Навигатор пожал плечами. – Не шучу. Старпому предложили «Сольвейг», но он решил остаться тут.

- Ёлки-палки. – Шумейко с досады бросил вилку на стол. – Он что, от крейсера отказался? Не знал, что на флоте ещё держат дураков…

- Это кто дурак? – Холодно поинтересовался Вонг.

- Забудь. – Капитан-лейтенант махнул рукою. – Тебе послышалось. Но таковой шанс упустить!

- Ты бы не упустил, да? – Ехидно спросил Володин.

- Я-то? – Шумейко мечтательно прикрыл глаза. – Я бы не упустил… Не упущу. Как покажется хоть намёк на вакансию, пусть это будет хоть ржавый тральщик – закидаю рапортами. У меня собственный человек в Адмиралтействе, он поможет. Сколько можно эту мелочь на погонах носить? – Он брезгливо покосился на четыре малеханьких звёздочки на своём плече. – Издавна пора поменять на огромные. Хоть на одну. Вот тогда всё пойдёт нормально.

- Не надейся. – Володин поднялся из-за стола, комкая салфетку. – Дураков на флоте всё-таки не держат.

- Что? – Шумейко подался вперёд.

- Забудь. – Володин брезгливо поморщился. – Тебе послышалось.

Старший ассистент нерасторопно возник из-за переборки, давая спорщикам время остыть, и направился к собственному месту. Офицеры затихли, по одному покидая кают-компанию. Он кивками проводил их, снова про себя отметив, что Шумейко всё-таки не подступает команде. О том, что ему самому лишь что перемыли косточки, он даже не задумывался.

Зато о этом задумывался капитан. Поближе к вечеру он попросил старпома заглянуть быстро к себе.

- Чак, давай-ка начистоту. – Капитан, против обыкновения, присел на откинутую койку, а не в кресло. – Побеседуем о том, что понятно не лишь нам обоим, да и всей команде. Как проникают эти слухи – разума не приложу. Наказать связистов, что ли… Садись. Кофе будешь?

- С наслаждением. – Старпом сел. Капитан сходу взял быка за рога.

- Чак, чего же ради ты отказался от увеличения? Объясни-ка мне, старику. Ежели ты считаешь, что что-то должен кораблю, команде либо мне лично – уверяю тебя, эти мнимые долги ты давным-давно уплатил сполна. «Независимый» - это, чёрт побери, не невольничья галера, и мне совершенно не нравится, когда кто-то добровольно приковывает себя цепями к вёслам. Довольно было того, что в один прекрасный момент ты уже сделал схожую тупость. Ты хоть понимаешь, что от Адмиралтейства и один раз такое предложение получить - уникальность?

Старпом молча кивнул. Капитан наклонился вперёд, схватившись руками за край койки.

- Я не вижу обстоятельств, по которым ты считаешь вероятным отрешиться. Ежели не трудно – объясни мне, пожалуйста, какого чёрта ты это делаешь.

Старший ассистент дозволил себе улыбнуться.

- Скажите мне, шеф, сколько раз вам давали увеличение?

- Чак, не нужно обучаться на дурных примерах. – Капитан встал, протянул руку к кружке с кофе. Сделал глоток, поморщился и выплеснул содержимое в утилизатор. Старпом следил, как он пошарил в рундуке и достал железную флягу. Кивком спросил представления старпома. Увидев молчаливое одобрение, вылил и вторую кружку, поставил рядом на стол и щедро плеснул в обе. – Я – совершенно другое дело. В моём положении единственное вероятное увеличение – это письменный стол. Я флотский офицер не умею водить письменные столы. А вот ты получишь под командование крейсер. Ты блестящий старпом, и станешь блестящим капитаном, получишь в конце концов первого ранга. Ты что, никогда не грезил о своем крейсере?

- Когда-то грезил. – Старпом сдвинул кружки, чокнулся и испил. Обычно отметил про себя - нужно бы выяснить, каким путём попала на борт эта отрава. Снутри обожгло, как как будто по горлу проехался кактус. – В детстве. Я грезил стоять на мостике и глядеть в звёздное небо. Но, шеф, у меня есть место в центральном посту, откуда отлично видно звёздное небо. Ежели вы скажете, что я плохо справляюсь со своими обязательствами - я немедля напишу рапорт. Ежели Адмиралтейство отдаст приказ принять корабль – я немедля подчинюсь приказу. Но пока у меня есть возможность выбирать – я выбираю «Независимый». У меня нет объективных обстоятельств, которые могли бы это разъяснить. Мне почему-либо кажется, шеф, что вы меня осознаете. До той поры, пока мне будет позволено находиться на борту – я хотел бы продолжать службу тут.

Они незначительно помолчали. Старпом ощутил, что напиток не лишь дерёт гортань.

- М-да. – Капитан прошёлся по каюте, поиграл настройкой изображения стенного экрана. – Видимо, не один я на борту ненормальный. Оказывается, это заразно.

- Как скажете, шеф. – Старпом ощутил себя чрезвычайно просто. Марсианская ли настойка сделала своё дело – а быть может, высказавшись, старший ассистент в конце концов выпустил на волю эмоции. – Ежели желаете, доктор может обследовать нас обоих.

Капитан обернулся, брови у него поползли ввысь.

- Чак, ты научился шутить? Пожалуй, я больше не буду тебя угощать. Эта штука удивительно на тебя действует. А я только-только собирался предложить ещё по одной…

- Можно и ещё. – Старпом расположился за столом поудобнее, легкомысленно подперев голову рукою. – Как-никак, не каждый день от крейсеров отказываются…

В таком приподнятом настроении он возвратился в каюту, хотя сначала собирался заглянуть к электрикам и устроить нагоняй. Педантично сложил форму в прачечный аппарат, поправил и без того безупречную настройку коммуникатора и улёгся, перед сном похлопав «Независимый» по внутренней обшивке.

За полночь повторился ужас. Снова снились тёмные низкие коридоры, и снова он загривком ощущал присутствие хищника.

Он обернулся, холодея от кошмара. Напротив тупика темнота уплотнилась, и старпом уже сообразил, что выхода нет - чудовище подобралось, готовясь к прыжку, и пристально следит за ним в полумраке. Он повернул голову, оглядываясь вокруг с отрешённостью приговорённого к погибели, и быстрее ощутил, чем увидел, что сгусток темноты беззвучно метнулся к нему, распластавшись в воздухе. Старпом сделал отчаянный рывок навстречу, каким-то чудом проскользнув под брюхом чудовища, и припустил со всех ног к выходу из тупика - уже понимая, что добежать до выхода всё-таки не успеет. Преследующий его зверек был стремителен; осознав, что добыча уходит, он развернулся ещё в воздухе, оттолкнулся от стенки и сейчас настигал жертву широкими стелющимися прыжками. Последующий прыжок был должен стать крайним, старпом знал это. Всё, что он был в состоянии сделать на данный момент - рвануть в сторону, и он рванул, незначительно не добежав до выхода, и юркнул с удивившей его самого проворностью в сплетение каких-либо труб, проходивших из потолка в стенку. Тут тоже был тупик, но тупик не безнадёжный - чудовище было существенно больше размером и просочиться меж труб не могло. Во всяком случае, он на это надеялся - и сейчас застыл, прижавшись к стенке, слыша лишь стук неистово колотящегося сердца. Чудовище шевелилось снаружи, пристально оглядывая и обнюхивая убежище, и старпом уже решил было, что получил передышку. В клеточке из труб, из которой существовал лишь один выход, можно было переждать какое-то время и хоть незначительно придти в себя. Но через щель, в которую он проскользнул, к нему просунулась мохнатая лапа и принялась шарить размеренными округлыми движениями. Растопыренные когти, загнутые вовнутрь, были большими и ужасными. Старпом откуда-то знал, что стоит хотя бы одному из их зацепить его - и другие здесь же сомкнутся вокруг мёртвой цепкой, впиваясь в шкуру, и его потащат по полу навстречу пасти с оскаленными клыками. Лапа поднялась прямо над ним, напоследок блеснув когтями, и начала медлительно опускаться - спасения не было, надежды не было, и старший ассистент заорал. Видимо, гортань перехватило, и заместо собственного голоса он услышал неприятный писк, от которого и пробудился.

Часы демонстрировали половину третьего.

- М-да... - Произнес старпом, усаживаясь на койке. Связки ещё были напряжены, и он вздрогнул оттого, что глас снова сорвался на писк. Он прокашлялся, чувствуя себя очень неудобно.

- Вот ведь чертовщина. - Он говорил сам с собой для того, чтоб убедиться, что глас по-прежнему принадлежит ему. - Нужно бы поинтересоваться, из чего же нам сейчас ужин готовили. Чрезвычайно содержательный ужас. Либо отрава эта марсианская подействовала?

Он побродил по каюте, запихнул голову под кран с прохладной водой и решил, что сейчас больше спать не ляжет - и так нервишки стали ни к чёрту.

- А загляну-ка я на вахту в реакторный, - бормотал он, одеваясь. - Издавна я у их не был. И к электрикам хорошо бы зайти, вчера ведь собирался…

Перешагивая комингс, он обернулся - койка осталось неприбранной, но старпому чрезвычайно не хотелось к ней ворачиваться. Поколебавшись, он махнул рукою и вышел.

Вахту в реакторном сейчас стояли Нуорссулайнен со старлеем-связистом.

- Старший ассистент в реакторном, - вскочил старлей, и сразу с сиим старпому послышался подозрительный шорох.

- Вольно. – Махнул рукою старпом. Тамме, которому, как вахтенному офицеру, вставать с рабочего места было не положено, приветственно улыбнулся и махнул худой ладонью. Рядом с ним, на соседнем пульте, красовался куб с трёхмерными шашками.

- И почему мне всё время кажется, что у вас машинным маслом пахнет? – Спросил старпом, усаживаясь в свободное кресло. Шуточка была бородатой, как Санта Клаус.

- Не успело выветриться. – Тамме пристально разглядывал шашки. – Вчера якорную цепь мазали.

- Что мазали? – Изумился старпом. Связист фыркнул, но здесь же одёрнул себя и уставился в коммуникатор – Тамме каждую вахту подкидывал младшим офицерам задачи по прикладной энергетике. Поговаривали, что в отстающие лучше было не попадать, по другому вахты начинали чередоваться через день.

- Да так. – Пожал плечами механик, и погоны на плечах встали домиком. – Не обращай внимания. Как тебе позиция?

Как старпом разбирался в трёхмерных шашках, дела у голубых были пока ничего, но через два-три хода всё могло обернуться кошмарным разгромом – противник сосредоточил силы аж по трём векторам.

- Как ты допустил? – Старпом покачал головой. – Необходимо было в дебюте закрываться тут и тут.

- Думаешь, в дебюте было легче? – Как старший ассистент знал механика, у того на традиционно невозмутимом лице была досада. – Ничего подобного.

- А с кем ты играешь-то? – Старший ассистент оглядел пустой отсек. Старлей с головой ушёл в задачку, даже использовал штатный вычислитель, и на противника по шашкам никак не походил. Не считая того, старпом знал Тамме как 1-го из наилучших на флоте игроков, не мог допустить мысли, что кто-то может составить ему конкурентнсть.

- Да так, - отчего-то смутился Тамме, и старпому снова послышался подозрительный шорох кое-где на уровне пола. – Задачи решаю.

- Ну-ну. – Старпом поднялся с кресла, прошёлся по отсеку. Быстро задержался около настенной плоскостной развёртки. В отличие от центрального поста, где на основной экран давали звёздную сферу, в этом отсеке на стенке была развёртка состояния реакции по четырём координатам. Старпом, в принципе, знал составляющие и мог прочесть графики, но никогда не пробовал расшифровать картину, а напротив – приходил сюда просто полюбоваться зрелищем, благо полюбоваться было чем.

- Да, кстати, - перед уходом он наклонился к механику и произнес практически на ухо. – Что-то издавна я Джока не видел…

- Ещё бы! – Фыркнул Тамме. – Опосля того контейнера он тебе на глаза ещё месяц не покажется.

Старпом вздохнул.

- Хорошо, ежели сможешь – попроси его заглянуть ко мне. По делу. Скажи, что о контейнере можно запамятовать. Пока.

Старпом обернулся на связиста. Старший лейтенант, казалось, был совсем увлечён задачей – по монитору у него уже бежали итоговые пропорции. Старпом удовлетворённо кивнул и вышел.

 

У Джока был в неком роде праздничек. Сидя прямо на столе в каюте старшего ассистента, он за обе щёки уплетал шоколад, а подозрительно ласковый владелец отламывал ему куски. Несколько минут назад, когда выяснилось, что бить не будут, Джок ещё осторожничал, но сейчас вовсю наслаждался моментом. Верхом триумфа было и то, что из вентиляционной решётки за ним следили две пары изумлённых глаз. Джок пробовал жевать нерасторопно и с достоинством, хотя шоколад был волшебство как неплох.

Старпом пристально следил. Улучив момент первого насыщения, он достал из рундука ещё одну непочатую плитку и вроде бы невзначай положил её рядом.

- Скажи мне пожалуйста, Джок, - Джок закончил жевать, - не мог бы ты проконсультировать меня по одному вопросцу? Мне бы хотелось, чтоб наш разговор был конфиденциальным. В смысле - с глазу на глаз.

- Я знаю, что значит «конфиденциально». - С достоинством ответил Джок. - Моя бабушка всю жизнь прожила в библиотеке на орбитальной базе. Одну минутку, мистер Чак.

Он отложил недоеденный кусочек, тяжело плюхнулся на пол и проследовал к вентиляционной решётке. Послышался негромкий писк, шевеление, что-то прошуршало по вентиляционному коробу, и Джок нерасторопно возвратился на место.

- Я весь внимание.

- У нас издавна не было варианта расслабленно побеседовать. - Старпом вдумчиво рассматривал собеседника. - Традиционно мы с тобой общаемся еще короче и эмоциональней.

- Что правда - то правда, мистер Чак.

- Кстати - ты мне никогда не говорил, как научился говорить.

- А вы никогда не спрашивали. Предки научили.

- Да-а? - Старпом вскинул брови. - А они откуда умели?

- Я знаю лишь, что мой пра-прадед прогуливался на «Прометее».

- Ого, - произнес старпом. - Ничего себе!

Старая посудина в своё время сделала 1-ый облёт Юпитера. Умопомрачительно, что она не рассыпалась по дороге. Конструкция была очень спорной даже по тем временам, когда шло негласное соревнование за ценность в исследовании Системы, и все ставки делались лишь на скорость. Необходимо было иметь довольно мужества, чтоб отважиться на таковой полёт. Экипаж за это мужество поплатился - на обратном пути реактор сифонил, как паровоз. Досталось всем, кому-то - больше, кому-то - меньше. Несколько человек схватили смертельную дозу, остальные пробовали вылечиться остаток жизни. Как постоянно, не пострадали лишь расчётливые подонки, отправившие «Прометей» практически без шансов на возвращение. Но корабль возвратился, и с перепугу его сажали на Луне, а позже ещё долго глушили реактор, чуть не пошедший вразнос.

- Мутация. - Понимающе произнес старпом. – Пра-прадед, естественно, выжил. Вы ведь не такое переносите, правда?

- Радиация. Мутация. Кто его знает, что ещё. - Если б Джок мог пожимать плечами, он бы так и сделал. Но лишь повёл усами. - Переносить-то переносим, но никто не говорит, что безболезненно... Это достаточно мучительно. Ведали, что прадед уже мог произносить звуки и понимать вашу речь. Отец и мама членораздельно говорили, отец - незначительно ужаснее. Он никогда не относился к этому всёрьёз; у старика были свои взоры на жизнь.

- А твои детки?

- Дети-то? - Джок фыркнул. - У меня не так много деток - по последней мере тех, о которых я знаю. Старший отпрыск прогуливается в Первой эскадре. В принципе, там жить можно, но контакта с экипажем нет, и речь ему пока ни к чему. Младший как родился сухопутной крысой, так ей и остался - живёт с мамой у астрофизиков на Фобосе. В космос его калачом не заманишь, говорит, что ему там увлекательнее. Этот болтает вовсю.

- И всё?

- Мы уже издавна не плодимся сотками. Наверняка, природа вносит свои коррективы. Старики ведали, что ранее было по другому - но я думаю, что безудержное размножение было обусловлено необходимостью выживания вида. - Джок ощутил гордость, видя, как расширяются глаза у старпома. - На замену инстинктам пришёл интеллект, и необходимость в высочайшей рождаемости отпала. Но это моё субъективное мировоззрение, в реальности всё может обстоять по другому.

Старпом покачал головой.

- Говоришь, бабушка в библиотеке?

- Ну да. Либо вы думаете, что книжки можно лишь жрать?

- Да нет, как раз не думаю... И всё это развилось в протяжении пары поколений? Неописуемо, просто неописуемо!

Джок блеснул глазами-бусинками.

- Ну, это далековато не у всех. Основная масса по-прежнему плохо соображает. И непонятно, кстати, в протяжении скольких поколений это развивается. Радиация, может быть, лишь подтолкнула развитие, и непонятно ещё, к чему оно приведёт... К тому же как-то неравномерно всё. К примеру, говорю по-человечески я один. Некие соображают, а говорю я один. Зато есть экземпляры, у каких чрезвычайно сильно развиты остальные возможности.

- К примеру? - Старпом заинтересовался.

- К примеру, Шифф. Абсолютная невосприимчивость к электричеству. Скачет по высоковольтным шинам - и хоть бы что, лишь усы вечно опалены. Его электрики кормят, когда пора в силовых щитах ревизию проводить. Ощущает обрывы и утечки на расстоянии. Либо этот скупердяй из шлюзовых - он постоянно режется в трёхмерные шашки с механиком...

- С каким?

- Ну как с каким? С основным. Сколько ходим совместно, а я так не могу научиться его фамилию выговаривать... С Тамме, в общем. Шлюзовой говорит, что практически постоянно выигрывает. У него пространственное воображение великолепно развито. Хоть он и жмот, но верить ему можно.

- Так-так-так, - у старпома заблестели глаза. Вот и доказательство нашлось. Любопытно, чем механик расплачивается за проигрыши - не на энтузиазм же они играют, в самом деле?

Джок продолжал. Он порядком утомился говорить - всё-таки гортань не было адаптировано для речи, но упускать возможность поправить дипломатические дела со старшим ассистентом было никак нельзя.

- Бывают, правда, и противные моменты. Не так издавна взяли нового с «Дерзкого» - возникла вакансия в реакторном. Справляется он хорошо, но спать с ним рядом нереально - ему постоянно снятся кошмары. И хорошо бы снились ему одному! Каким-то образом окружающие лицезреют его сны, и это нестерпимо. Несколько раз он мне такое демонстрировал...

- Погоди-погоди, - старпом изловил ускользающую мысль за хвост. - Он что, телепат, что ли?

- Кто его знает. Во всяком случае, пока бодрствует - нет. Обычный таковой, умеренный. А во сне - просто живой ужас. Он знает за собой этот грех и сёрьёзно переживает. Говорит, что наутро ничего не помнит. Пришлось его попросить подыскать другое место для ночлега, пока он нас совершенно не извёл. Я сейчас даже не знаю, где он отсыпается.

- А что конкретно ему снится? - Старпом горел нетерпением.

- Я же говорю - кошмары. Почаще всего удирает от кошки, которая вот-вот его сожрёт. И непонятно, откуда такие сны - он и кошек-то никогда не лицезрел, в космосе уже в 3-ем поколении. Наверняка, родовая память пробуждается...

Старший ассистент глуповато хихикнул, откинулся на спину, хихикнул ещё раз и в конце концов засмеялся в полный глас, хлопая себя по коленям и мотая головой. Джок смотрел на него с беспокойством.

- Мистер Чак? Мистер Чак, сэр?

Старпом отсмеялся с облегчением, вытирая глаза, поднялся и положил рядом с Джоком плитку шоколада.

- Мистер Чак, с вами всё в порядке?

Старпом ещё хихикал время от времени.

- В порядке. Сейчас в полном порядке. Спасибо, Джок, дружище, ты меня просто выручил. Я уже начал мыслить, что схожу с разума, глядя по ночам эти крысиные кошмары. Никогда не задумывался, что кошка может смотреться так... так страшенно... - и он снова захохотал.

- Знал я одну кошку. Совсем невменяемое создание... - До Джока в конце концов дошло, и он осёкся. - О-о-о... Сейчас я понимаю, где Твич устроил себе спальню. У Вас здесь в переборке есть милое местечко... Прошу прощения, сэр. Мы найдём ему другое место для ночлега.

- Да ничего, - старший ассистент махнул рукою, настроение у него очевидно поправилось. - Частично это было даже познавательно. Да, кстати, - он в один момент нахмурился. - Надеюсь, с его переселением набеги на мой рундук прекратятся, не так ли? Либо мне на своем корабле необходимо воспользоваться сейфом? Я ведь конкретно о этом хотел побеседовать.

Джок съёжился.

- Непременно, мистер Чак, сэр. Я лично прослежу за тем, чтоб вас больше не волновали. Естественно, мы не сможем вернуть... э-э-э... изъятое, но мы наверное сможем восполнить утрату, сделав что-нибудь полезное.

- Хорошо, хорошо. - Благодушное настроение перевесило, и старпом с удовольствием потянулся, предвкушая размеренный здоровый сон. - Я кое-что знаю о том, какой объём работы вам приходится делать на борту, не прошу неосуществимого. Команда и так пользуется вашей помощью, хотя и потакает постоянно.

- Это и наш корабль, сэр. - С достоинством ответил Джок. - А таскаем пищу мы просто по привычке. Может, это наследственное... Сэр, справедливости ради нужно сказать, что кое-кто не упускает варианта поживиться, но всё-таки - мы в космосе не за выгодой.

- Это я знаю. - Старпом поднялся, прошёлся по каюте. - В космос прогуливаются не за выгодой. Традиционно. Есть, правда, отдельные личности... Хм...

В очах у старпома вдруг возникло странноватое выражение. Он тормознул, обернулся на Джока, пожал плечами и сделал по каюте ещё круг, очевидно размышляя о чём-то. Позже уселся прямо напротив и заговорщически подмигнул.

- Слушай, Джок, - старпом снизил глас и обернулся, как как будто за ними кто-то мог следить. - Не мог бы ты... и этот юноша из твоей команды... оказать мне одну услугу личного нрава? Естественно, вознаграждение из моих запасов гарантировано...

Через некоторое количество дней Шумейко заявился в корабельную санчасть. Док, предупреждённый заблаговременно, был терпелив – пристально выслушал жалобы, сочувственно покивал. Провёл несколько исследовательских процедур, похмыкал, покачал головой. Капитан-лейтенант смотрел с опасением. Доктор ничего определённого не произнес, чем напугал ещё больше, и повелел обязательно зайти завтра.

Назавтра процедура повторилась. Лишь в этот раз док выдал кучу препаратов. Шумейко вышел озабоченным. Док вытирал пот со лба – титаническими усилиями он удержался от того, чтоб не подсунуть пациенту слабительного. Зато по секрету поведал капитан-лейтенанту о малоизученном заболевании, которое может развиться у неких от долгого пребывания в пространственных гравитационных полях. Начинается оно с кошмаров, в точности обрисованных капитан-лейтенантом. Позже быстро наступает ремиссия, а вот в конце… Официально флотом заболевание не признана, поводом для госпитализации служить не может, но он, доктор, может навести капитан-лейтенанта к отличному знакомому на обследование. Хотя, по правде сказать, единственный выход – бежать, бежать и осесть где-нибудь на планетке, лучше в еловом лесу – лишь ель выделяет флюиды, сводящие на нет симптомы этого ужасного заболевания…

Ещё через два дня грустный Шумейко принёс старпому рапорт. Старпом покивал с лицемерным сочувствием, быстро оформил нужные документы. Опосля того, как дверь закрылась, исполнил замысловатое коленце, смущённо прокашлялся, одёрнул рубаху и отправился на камбуз – распорядиться, чтоб медику выдали обещанное вознаграждение из личных запасов.

Засыпая, он улыбался, как ребёнок. Зато капитан-лейтенант Шумейко вздрагивал каждые полчаса и молился, чтоб ночь поскорее кончилась.

За завтраком старший ассистент пребывал в отличном настроении. Лишь что ушёл мед бот – «крестик», как его называли за форму корпуса. На нём отчалил, имея на руках направление в госпиталь, капитан-лейтенант Шумейко. Рундук в каюте старпома остался гостеприимно распахнутым – он лишь предупредил Джока, что сейчас готов стерпеть всё что угодно, не считая мусора.

Док благодушествовал за соседним столом, допивая компот и представляя, как он вечерком откупорит бутылку хорошего вина.

Старпом обратился к механику.

- Тамме, я здесь поразмыслил на досуге... Ты в шашки ещё играешь?

Нуорссулайнен захлопал светлыми ресничками.

- Н-ну, время от времени разминаюсь...

- Может, сразимся с «Нахимовым»? Вызовем на турнир. А то издавна им от нас не доставалось.

- Дался тебе «Нахимов», - произнес Вонг, допивая компот. – И так они вечно 2-ые. Стреляем мы лучше. По тревоге выходим скорее. Чего же тебе ещё нужно?

- А здесь мы их ещё и в шашки, - старпом мечтательно прищурился. - Стрелять и ходить лучше всех нам и так положено. А вот в шашки...

- Боюсь, не получится, - погоны у механика на плечах встали домиком. - У их Эстевес чрезвычайно сильно играет. Наверное выставят его, а я с ним как-то едва-едва к ничьей свёл.

- Никто не мешает тебе выставить сильнейшего игрока на корабле, - старший ассистент намеренно произнес «на корабле», а не «в команде», - либо, по последней мере, пользоваться его консультациями.

И побарабанил пальцами по столу, пристально глядя на собеседника.

- А! - Подумав, опосля паузы произнес механик.

- Ну. - Ответил старпом, пожимая плечами. - А я тебе о чём!




Просто 22 факта
Мы работаем для того, чтобы вы летали лучше, чем мечтали… /

подробнее...

Ближайшие полеты

Вторник, 2 Октября и, возможно, Среда, 3 Октября, Кончинка

подробнее...

Наши спонсоры:

Много свежих фото

подробнее...


Copyright ©2002 Vector